Monday, 05 September 2016 15:07

Так я про-российский или про-украинский?

Недавно на миротворческой конференции в Ко, Швейцарии, одна женщина, которая живет в Крыму, узнала, что я родом из Москвы и сейчас работаю в Украине, поддерживая диалоги. “Так ты про-российский или про-украинский?” – спросила она меня сразу. Я Вам расскажу, что я ей сказал, но сначала немного исходной информации.

Я родился в Советском Союзе, а когда Союз развалился, в возрасте десяти лет переехал с родителями в Австралию. С мая 2015 работал в проекте организации mediatEUr “Платформа поддержки диалогов в Украине”, осуществлявшемся в сотрудничестве с ПРООН. Живя в Киеве я ездил по Украине, лично знакомясь с диалоговыми инициативами и обеспечивая поддержку проекта на месте.

 

Что происходит в Украине?

 

Последний доклад Международной кризисной группы детально описывает современную ситуацию на востоке страны детально описывает современную ситуацию на востоке страны, где продолжается противостояние украинских военных и добровольческих батальонов с одной стороны и силовых структур самопровозглашенных Донецкой и Луганской республик, поддерживаемых Россией. Продолжают регулярно гибнуть люди, количество погибших уже почти достигло 10,000 человек, а число официально зарегистрированных переселенцев составляет 1.7 миллионов человек (при этом многие не зарегистрированы). Пока не прекратятся обстрелы и перестрелки, неправильно называть этот конфликт замороженным.    

 

В результате переговоров на самом высоком уровне в феврале 2015 было заключено Минское соглашение, которое, помимо прочего, имеет целью прекращение стрельбы, вывод тяжелой артиллерии, амнистию, внесение в конституцию Украины особого статуса и существенной автономии для двух районов Донецкой и Луганской областей а также возобновление Украиной контроля границы с Россией.

 

Минские переговоры в целом воспринимаются в Украине как провал, потому что они не разрешили конфликт и кажутся невыполнимыми, несмотря на то, что ожесточенные бои в 2014-15 прекратились. Многие Украинцы считают, что если дать автономию само-провозглашенным республикам, то это во-первых будет предательством тех, кто боролся и погиб за территориальную целостность страны, а во-вторых, такая стратегия умиротворит Путина, но(?) обеспечит его сильным рычагом для влияния на будущее Украины. С другой стороны, для Путина отдать контроль над границей Украине рискованно, так как тогда Украинская власть сможет вернуть ДНР и ЛНР под свой контроль. Кажется, что пока ситуация не стала невыгодной и безвыходной для всех участников, что часто мотивирует смягчения позиций.

 

Вооруженный конфликт на небольшой части Украины продолжает отвлекать внимание от критически важной борьбы, идущей по всей стране – борьбы против коррупции. По-моему, недовольство коррупцией было одной из основных причин Евромайдана до тех пор, пока его не захватила геополитика. Недавний доклад Центра Карнеги описывает успехи  антикоррупционных реформ на данный момент, а также то, что препятствует их осуществлению. Важно анализировать эту тему в более широком геополитическом контексте: если украинцы сумеют избавиться от пост-советских коррумпированных схем и построить действительно демократическое государство с процветающим гражданским обществом, это может значительно повлиять на ситуацию в России, возможно поставив под угрозу статус-кво путинской системы. К сожалению, очевидное сопротивление киевских властей антикоррупционным реформам наоборот играет на руку Путину.

 

Почему я пророссийский

 

Отвечая моей новой знакомой из Крыма, я решил объяснить почему я пророссийский, но не в том смысле, как она воспринимает это понятие, и таким образом поставить под вопрос общепринятое клише. Россия для меня связана с моими прекрасными воспоминаниями детства, моей бабушкой, которая ещё живет в Москве, моими старыми (с детства) и новыми друзьями, невероятным озером Байкал и уникальной Бурятией со своим буддизмом и шаманскими корнями. Россия для меня - это литература наших талантливых и храбрых писателей; это то уважение к академическим успехам и интеллекту, которое у меня осталось со школы; это уроки нашей истории, демонстрирующей что наши достижения и гордость, к сожалению, построены на завоевании и репрессиях, на таких огромных страданиях и потерянном человеческом потенциале. Россия для меня связанна со многим, но не с клептократами, которые со временем становятся всё больше параноидальными и репрессивными.      

 

Я пророссийский но не пропутинский. Я всегда готов критиковать многих западных политиков, в том числе и тех, кто в Вашингтоне, Брюсселе, Киеве и Канберре. Я признаю западное лицемерие и двойные стандарты. Но по поводу моей родины, меня отвращает то, что десятилетиями потенциал России разворовывался коррумпированными элитами. Мне печально, что российское правительство выбрало силовую политику, из-за которой погибло столько людей и надежд. Я хочу, чтобы россияне думали друг о друге, а не только о себе, чтобы они процветали не на страхе и репрессиях а на изобретательности, стоицизме и товариществе, которое мне так по душе, помогая своим соседям стремиться к действительно демократическим и процветающим обществам.

 

Многие Россияне поддерживают Путина потому что он строгий лидер, который способен обеспечить стабильность России в условиях жестокой реальности собственной страны и мира. Но если мы придерживаемся такой позиции, то мы выбрали мировоззрение “выживания сильнейших”. Мы выбрали борьбу вместо сотрудничества, страх вместо любви. Я считаю, что эта регрессивная тенденция за последнее время также становится более ощутимой в Европе и в США. Я поддерживаю Россию, которая сотрудничает со своими партнерами для того, чтобы решать научные и технологические задачи, а не  занимается наращиванием своего военного арсенала.      

 

Почему я проукраинский

 

Я также проукраинский потому, что я искренне поддерживаю ту искру надежды, которая появилась во время Евромайдана и которую продолжают поддерживать настоящие реформаторы и активисты в стране. Я поддерживаю важное решение многих украинцев взять на себя ответственность за своё будущее вместо того, чтобы жаловаться, бесконечно обвинять политиков и надеяться, что всё само изменится или что кто-то другой решит все проблемы. Я уважаю и поддерживаю тех украинцев, которые борются против коррупции, за права и свободы человека, за ответственное правительство и активное гражданское общество, которое конструктивно работает, как на местном, так и на национальном уровне. Это нужно сейчас во многих странах мира, не только в Украине.

 

Многие украинцы воплощают те изменения, которые они хотят видеть в мире. Я тоже пытаюсь жить этой философией – русский, который помогает украинцам и поддерживает сплочение обоих народов. Я хочу того же и россиянам, поэтому я не буду выбирать одну сторону. Я стараюсь придерживаться подхода омни-вовлеченности, что означает построение доверия и отношений со всеми на равных.

 

Нейтральность, невовлеченность и омни-вовлеченность

 

Для прояснения: я использую слово нейтральность, когда у меня нет мнения на какую-то тему, а невовлеченность для меня означает, что мнение у меня есть, но я не предпочитаю одну сторону конфликта другой, моё мнение не влияет на моё поведение с участниками конфликта. Невовлеченность часто характеризуется довольно формальным, беспристрастным отношением, чтобы не показаться необъективным. Омни-вовлеченность тоже беспристрастное отношение, но такое поведение включает в себя построение более близких отношений и глубокий уровень доверия и - главное - в равной степени со всеми участниками конфликта.

 

Мой подход в Украине является омни-вовлеченным, быть открытым к личному диалогу с людьми, не смотря на их мнения. Тем не менее, это не значит, что я со всеми согласен и одобряю любое поведение, но если я изначально пытаюсь не спорить, а понять людей, они больше открываются и между нами легче строится доверие. То, что я русский и владею языком делает меня 'инсайдер медиатором', что облегчает процесс построения доверия. Зато то, что я австралиец, дает мне очень ценный уровень беспристрастности иностранца ‘аутсайдера медиатора’. 

 

Но в конце концов, я хочу избегать использования ярлыков – «русский», «австралиец», «пророссийский», «проукраинский» – все эти категории сужают наше мышление и восприятие. Несмотря на то, что я использовал такие разделяющие категории в этом блоге, я призываю Вас критиковать их и ставить их под вопрос в Вашем личном общении.

 

Разрушение категорий

 

Разделять вещи на категории, часто бинарные, как «наш и чужой», «друг и враг», «проукраиский и пророссийский», является частью человеческой природы. В контексте конфликтов и диалогов - это ловушка. Существует популярный лакмусовый тест “Чей Крым?” – результат такого вопроса в диалоге рискует привести к разъединению и поляризации. Ещё хуже - вешая ярлык на собеседника, мы сразу вызываем эмоциональную реакцию, часто исходя из предположений что, естественно, не способствует настоящему диалогу. 

 

Я поделюсь тем, что у меня получалось – пытаться не судить людей и не вешать ярлыки. Обсуждать конкретные вопросы рационально, быть любопытным, но уважая свои потребности. Осознавать и принимать свои эмоциональные реакции, но оставаться открытым, чтобы услышать и понять мнения другого. Общаться с людьми, не пытаясь их переубедить, но лучше понять их и их мнение.

 

Реальность намного более комплексная, чем бинарные разделения ‘наши против не наших’ или похожие ярлыки. Я призываю нас всех исследовать подробности и потребности, которые существуют за ярлыками и позициями. Такой подход помог мне наладить отношения и диалог со всеми, с кем я познакомился в Украине, несмотря на их позицию, от волонтера «Азова» во Львове до депутата «Оппоблока» из Мариуполя и пропутинских друзей в Москве. У людей на разных сторонах разграничения часто те же самые потребности, но они не доверяют друг другу достаточно, чтобы конструктивно общаться, понять конфликт и вместе его решить. Ярлыки этому не помогут, а поможет диалог.